Неудачные эксперименты и климат: прошлое и будущее полыхающих торфяников под Петербургом

Разведение костров в зеленых зонах города запрещается на целый месяц, однако горят земли не всегда из-за сиюминутных поджогов — антропогенный след природных пожаров тянется издалека.

Уже с завтрашнего дня в Петербурге начнет действовать особый противопожарный режим. Вплоть до 10 июля жителям и гостям Северной столицы нельзя будет жарить шашлыки в парках и даже гулять по лесным тропинкам в пределах города.

НЕВСКИЕ НОВОСТИ пообщались с директором Института лесоведения РАН  Андреем Сириным и выяснили основные причины природных пожаров, а также степень экологического ущерба, нанесенного экспериментами конца прошлого века.

И в лес, и на торфяники пожар приходит из других угодий. Есть два основных периода, когда природные ресурсы начинают нещадно гореть. Первый — поздняя весна и начало лета. В этом случае ключевыми причинами считаются небольшое количество травы на других угодьях и неосторожное обращение с огнем.

Вторая волна пожаров наступает обычно в конце лета, если стоит сухая погода. Тут тоже роль злодея порой отводится человеческому фактору. И все же в большинстве случаев, если речь заходит о торфяниках, то нужно понимать, что огонь приходит извне.

Самыми пожароопасными считаются осушенные торфяники. При этом хозяева, которые вкладывают деньги в объекты, при бережном отношении не доведут дело до кризиса. Горят именно те торфяники, которые были брошены.

«Они были осушены когда-то для фрезерного способа добычи торфа, на Северо-Западе он преобладал. Во время реформ в 90-е годы были потеряны оборотные средства — естественно, достаточно капиталоемкая промышленность развалилась. Вы получили в качестве накопленного опыта экологический ущерб и осушенные торфяники, которые очень пожароопасны», — отметил специалист.

Торф горит при 700 градусах — эта температура гораздо ниже, чем биомасса. При этом образуется большое количество сажи. Например, в Подмосковье пожары 2010 года обошлись примерно в 50 тыс. человек избыточной смертности. Ущерб мог достигать 1 % ВВП страны, что сейчас равно порядка 1,5 трлн. И это только по официальным данным.

«Все эти пожары в Якутии за последние 10 лет даже не приблизились к тому ущербу, который был в 2010 году», — подчеркнул Андрей Сирин.

Брошенные земли нередко приводят и к пожарам в Ленобласти. По мнению собеседника издания, часть из них можно предотвратить. Для этого нужно поступать с торфяниками по примеру Московского региона в период с 2010 по 2013 года.

«Те торфяники, которые не представляют экономического интереса для последующего использования, надо обводнять. Потому что огонь заглубляется в торф, и нужно промачивать очень долго. В Греции есть торфяник, который горит не одно десятилетие», — уточнил директор Института лесоведения РАН.

Климат стремительно меняется, поэтому частота пожаров будет расти, убежден эксперт. При этом он добавил, что по большей части горят земли из-за ошибок управления, а значит ситуацию специалистам области все же можно и нужно брать в свои руки.

Ранее НЕВСКИЕ НОВОСТИ писали, что очевидцы заметили горящие торфяники под Гатчиной. Плотный дым заслонил обзор на несколько километров от очага.