«Такого уюта в Москве больше не найдешь». Как живет крошечный город-сад у столичных очистных сооружений?

Во дворах на веревках сушится белье, палисадники с невысоким штакетником засажены цветами, машин на улицах почти нет, дома по большей части двухэтажные. Все это так напоминает декорации советского рабочего поселка, что с «Мосфильма» сюда часто приезжают снимать кино и сериалы. Западная часть Печатников, Курьяново, — это самый немосковский микрорайон Москвы. «Мослента» поговорила с местными жителями, чтобы узнать, как сегодня поживает городок, построенный в 1950-х для сотрудников очистных сооружений «Мосводоканала». Про портал в другое измерение Путь сюда непрост и больше всего напоминает заброску на далекий остров, отрезанный от цивилизации. Сначала доезжаешь до станции D2 «Курьяново», выходишь к жужжащей шестиполосной юго-восточной хорде. Заныриваешь в подземный переход и уже на той стороне доходишь до проема между высокими стенами шумопоглощающих ограждений. Здесь как будто открывается портал в другой мир, в котором есть только зелень, спокойствие и двухэтажные домики под сияющими на солнце двускатными крышами. Чем дальше отходишь от хорды, тем тише вокруг. Ни высоких зданий, ни шума машин. С какого-то момента тишину нарушает только щебет птиц. Сложно поверить, что ты в Москве, потому как вот они — палисадники, сады, заборы из сетки-рабицы и штакетника. Всюду цветы, запах сирени, на растянутых веревках во дворах сушится белье. Проход между домами выводит к площади перед Домом культуры с белоснежным фасадом, который напоминает павильон ВДНХ. В сквере напротив него указывает путь к светлому будущему выкрашенный серебрянкой Ильич. На лавочке перед ним — пара стариков. На другой, в глубине сквера — трое с бутылкой. Ощущения фантастические: как будто ты оказался в 1980-х, в благополучной застойной провинции. Про город-сад Так выглядит сегодня классический советский поселок Курьяново, сохранившийся до наших дней на юго-востоке Москвы, всего в семи километрах от МКАД. Курьяново — это застывший во времени советский город-сад. Подобный район, построенный в 1920-1930-х, есть и в Риме, там он называется Гарбателла. Свой город-сад сохранился и в Калининграде — это Амалиенау. Выглядят они как островки провинции в современных скоростных городах: малоэтажно, просторно и зелено. Еще в 1930-х жителей деревень в излучине Москвы-реки напротив Коломенского заставили сняться с насиженных мест, чтобы построить здесь станцию аэрации, которая станет самой крупной в Европе, и поселок при ней. Дома для сотрудников станции поставили только после войны, в 1950-е. В 1960-х эти территории вошли в состав Москвы, а с 1980-х стали районом массовой жилой застройки. Именно тогда вокруг двухэтажных домиков сталинских времен построили пяти- и девятиэтажки. «В 1940-1950-х годах советским архитекторам именно так виделись новые города для рабочих, — рассказывает историк и краевед Олег Фочкин. — При этом с названием вышла путаница — из-за того, что жилой микрорайон построили не там, где изначально планировали. На месте давшей название месту деревни Курьяново, которую полностью снесли, сейчас стоят не дома, а водоочистные сооружения. Сам поселок построили на месте деревни Марьино, неснесенная часть которой еще несколько десятилетий продолжала существовать рядом с жилыми кварталами "Мосводоканала". Промзона находится на месте деревни Батюнино, отсюда же и название Батюнинской улицы». Про отношение к незнакомым Гуляя по Курьяново, все время подмечаешь, как прошлое переплетается здесь с реалиями сегодняшней Москвы. С одной стороны — проезжающие мимо желтые такси и модная молодежь на электросамокатах. С другой — забытые уже, как из советского прошлого, пробегающие компании кричащих и смеющихся детей, и бабушки, пропалывающие ирисы в своих палисадниках. На половине магазинов — допотопные, чуть ли не с перестроечных времен оставшиеся буквы вывесок. Местные жители неразговорчивы, причем как старые, так и молодые. «Мы не с этого района», — сообщают мне выпивающие на лавочке. И такой же ответ я слышу еще раз пять. Даже мамы на детской площадке — и те отказываются со мной говорить, ссылаясь на то, что о районе лучше расскажут люди постарше. Только позже, разговорившись у спортивных площадок с местными парнями, я узнал, что неместных здесь сразу вычисляют и общаются с ними настороженно: «Большую часть района ты тут знаешь, со всеми здороваешься, — говорит курьяновский житель Павел Колычев. — Люди тут более сплоченные, часто ходят друг к другу в гости, много времени проводят вместе. Перестановки, ремонты — все это мы друг другу помогаем делать. Постоянно болтаем со знакомыми в магазине. Когда на полчаса из-за этого застрянешь, когда и на час. А к человеку незнакомому так или иначе настороженно подходим. К знакомому лицу больше доверия». Про советские годы Как микрорайон жил в советские годы, удалось выспросить у 85-летнего Геннадия Фоменкова, обнаруженного в тенечке у памятника Ленину за чтением газеты и ожиданием приятеля. Временами поглядывая в сторону своей припаркованной рядом KIA, мужчина рассказал, что живет здесь с 1950-х годов. Начинал токарем при Курьяновской станции аэрации, вернулся сюда после службы в армии и работал замначальника по кадрам и быту. На пенсию ушел в 2010 году начальником отдела охраны труда. «Дома и станцию строили заключенные, но не страшные убийцы, а со статьями за махинации, мошенничество — вот такой контингент, — вспоминает Геннадий Петрович. — Тогда все тут было огорожено колючей проволокой. Кто здесь работал и их родные на территорию могли попасть только по пропускам. Когда в 1954-1955 годах стройку закончили, лагерь ликвидировали, заключенных увезли, ограду убрали. В дома на четыре семьи заселили элиту — инженеров. А в домах на 12 квартир дали жилье работягам». Все это были коммуналки с общими туалетами и кухнями, в комнаты площадью 12-16 метров селили по четыре-шесть человек. «В основном все тут были приезжие, из деревень, — продолжает Фоменков. — Работали на одном предприятии и друг друга знали. Важная часть жизни проходила у Дома культуры — здесь были и кружки, и свой хор. У ступенек ДК ставили деревянный помост и устраивали выступления, танцы». Про хорду и D2 Соседнее Люблино еще долго официально числилось городом, Печатники — поселком, а Курьяново уже с начала 1960-х считалось частью Москвы. Микрорайон до перестройки был на балансе «Мосводоканала», при станции существовал жилищно-коммунальный отдел, который обслуживал здесь все здания. В Москве, кстати, до сих пор сохранились территории, застроенные в ту же эпоху и по-прежнему живущие независимой жизнью города в городе. Например, МГУ и ВДНХ, где до сих пор действуют собственные службы эксплуатации. А микрорайон Курьяново после перестройки на баланс взял город, что, честно говоря, не сильно заметно, если приехать сюда погулять, — всего несколько домов неподалеку от ДК отданы под коммерцию. Рядом с Ozon и Wildberries пристроились шаверма, кафе с бизнес-ланчами за 300 рублей и пара продуктовых, кое-как выдерживающих конкуренцию с двухэтажной «Пятерочкой», которую от этой торговой улицы отделяет только широкий двор. Здесь всюду ощущается приятный стиль ретро: вывески «Ателье» и «Чудо-гриль» родом из 1990-х, в магазинах все товары — с вручную написанными ценниками. Это не реалии сельпо, где рядом с банками консервов выставлены сапоги и лопаты, а скорее напоминает подмосковный магазинчик у трассы. И бакинская пахлава в заведении с шавермой оказалась выше всяческих похвал, в Москве мне такая попадалась последний раз лет пятнадцать назад. «У нас тут лишь недавно курятник во дворе снесли, — рассказывает продавщица овощного магазина. — А женщины, которые за покупками приходят, рассказывают, что кое у кого из них и огороды свои остались. Так что атмосфера тут почти деревенская». И в кафе, и в магазины, и за развлечениями приходится ездить «в город», или «в Москву», как здесь иногда говорят по старой памяти. Доехать до «большого города» долгое время можно было только на электричке со станции Перерва, к которой после войны добавились автобусы. Так что добраться отсюда до торгового центра или кинотеатра последние лет 50 было делом быстрым, 20-минутным. Сейчас основной транспорт здесь — это городские электрички второго диаметра D2, станции «Перерва» и «Курьяново». Для автомобилистов все ускорилось в прошлом сентябре с открытием большей части юго-восточной хорды, которая прошла между железнодорожным полотном и Курьяново. Вот только ради ее строительства срубили аллею и снесли три дома, о чем местные жители до сих пор вспоминают с болью и недобрыми словами. «Перемены я встречаю с опасением, — рассказывает Олег Фоменко, родившийся в Курьяново и в нулевых окончивший здесь школу. — Если брать ту же новую дорогу, которую построили, на ее месте была красивая аллея, большие деревья. Теперь там шестиполосная городская трасса. И трафик увеличился, и шум, который долетает, несмотря на шумоизоляционные заграждения». Курьяново — это не только одно-двухэтажные домики. По окраинам микрорайона полно пятиэтажек, есть пара девятиэтажек, а на Батюнинской улице стоит даже одно 14-этажное здание — этакий местный небоскреб. И микрорайон будет еще расти вверх. «На месте промзон новые дома собираются строить, — говорит Фоменко. — Но старую застройку трогать не будут. Там нельзя строить высотные здания из-за множества труб "Мосводоканала", проложенных на небольшой глубине. К 2030 году за овощебазой, на пересечении 4-й Курьяновской улицы с Батюнинским проездом, обещают открыть станцию метро «Батюнино » Бирюлевской линии. После этого жизнь района, конечно, поменяется еще более ощутимо. Про тишину и вонь Долгое время за Курьяново были закреплены два ярлыка: первый — район тихий, второй — воняет. Последнее теперь к месту уже почти не относится. Начиная с 1990-х здесь этап за этапом проводили модернизацию очистных сооружений, накрывали их куполами и боролись с запахами другими способами, в результате чего в последние годы привычная для местных жителей вонь стала практически неощутимой. Только вплотную подойдя к забору, за которым начинается территория «Мосводоканала», можно ощутить душок, который доносится иногда из сливного отверстия ванны. Хотя бывают дни, когда ароматы от станции аэрации все же долетают до микрорайона: «Запахов от очистных сооружений в последние годы стало меньше, но иногда бывает, что прям нормально пахнет», — рассказывает курьяновский житель Павел Колычев. Да и тихим районом Курьяново теперь назвать можно только с оговоркой. По выходным в парке Технических видов спорта, расположенном рядом с Курьяновскими станциями аэрации, гоняют дрифтеры, и шум от этого стоит на весь район. Парк открыли в 2018 году на месте эпичной свалки, и с тех пор рев моторов мотокросса и картов «радует» жителей района по выходным. «Несмотря на шум, — комментирует Олег Фоменко, — я рад, что парк открыли. Это единственное место, где оборудованы зоны отдыха у реки. Хотя к самой воде не выйдешь — берег высокий, но гулять можно, вдоль реки поставили на сваях деревянную мостовую. Там отличные мангальные зоны, можно с шашлыками отдыхать у воды, на траве. Конечно, всех сильно напрягает, что ночами там гоняют на спортивных машинах. Эти гонки слышны на весь район, хотя, если по карте смотреть, до ближайших домов от парка далеко». Про спокойствие и уют Уютные курьяновские домики с палисадниками до сих пор поддерживаются в приличном состоянии. Улицы тут тихие, машины проезжают редко. Перед многими окнами — яблони, так что по осени яблоки можно рвать, не выходя из комнаты. В одном из дворов за «Пятерочкой» — о чудо! — действует круглый фонтан 1950-х годов. Из его чаши, выкрашенной в голубой цвет, пьют воду голуби. Кстати, и такая уходящая натура, как голубятни, в Курьяново тоже встречается чуть ли не в каждом третьем дворе, в то время как в остальной Москве их можно пересчитать по пальцам. «Курьяново всегда славилось тем, что здесь мало людей. В нем тихо, спокойно и уютно, — рассказывает Милана Озерова. — Не уверена, что сейчас где-то еще в Москве можно отпустить ребенка гулять по всему району и не следить за ним. А у нас спокойно можно». Так безопасно тут потому, что все вокруг знакомы, вся территория просматривается из окон, так что в Курьяново действует то, что в Штатах называется «соседским контролем». Про палисадники и двухэтажные дома Здесь часто можно видеть белье, развевающееся на ветру во дворах как двух-, так и пятиэтажных домов. Перед каждым домом — огороженный и засаженный цветами палисадник. Для жителей Москвы это та еще роскошь — сушить белье во дворе, жить в доме с высокими потолками, иметь свой огород. В Курьяново же — дело обычное, житейское. Ведь микрорайон по большей части застроен двухэтажными домами, отдаленно напоминающими современные таунхаусы. Здесь есть вытянутые двухэтажки так называемого немецкого типа: 12 квартир, подвал и отдельно стоящий дровяной сарай, где у каждой квартиры — своя ячейка-склад. Ни дров, ни угля там никто давно не хранит, обычно — зимнюю резину и старые вещи. Другие, «элитные» двухэтажки американского типа больше похожи на городские коттеджи. Про фильмы Курьяново можно видеть во многих российских сериалах и фильмах, начиная с «Бумера», финальная сцена которого снималась неподалеку от ДК. Это и понятно: удобнее, конечно, привезти съемочную группу сюда, чем ехать в такой же район где-нибудь в Смоленской области. «На моей памяти у нас снимали "Ворониных", "Елки" старые и новые, "Реальные пацаны", "Мухтар", — вспоминает Олег Фоменко. — Территорию съемочной площадки огораживают, пригоняют старые машины, привозят актеров и снимают. Знаю, что такая же история — с районом Восточный недалеко от метро Щелковская. Там стоят такие же, как у нас, двухэтажные, и чуть другие — четырехэтажные дома с огромными потолками. Но если у нас тут сильнее коммунальный, общинный дух, то они уже слились с городом. У меня там живет подруга, и мы сошлись на том, что районы у нас похожи. Я очень рад, что в Курьяново родился, и надеюсь, никогда не потеряю связь с этим местом». Про миграцию молодого поколения Московский житель обычно расслабляется и успокаивается, уехав за МКАД, на дачу или в провинциальный город. В Курьяново такой же дух спокойствия и расслабленности можно найти в черте Москвы. «Многим, я знаю, здесь очень сложно переехать от родителей, — рассказывает Павел Колычев, — потому что в Курьяново гораздо уютнее и комфортнее, чем, скажем, снять квартиру в стандартной панельке где угодно в Москве. Совсем не те ощущения». Кто-то переезжает поближе к работе, кто-то, наоборот, перебирается в Курьяново от московского шума и гама, — квартиры здесь продаются и покупаются, но происходит это нечасто. Уезжают, конечно, в основном молодые, мечтающие о лучшей жизни и перспективах. Работать всю жизнь на «Мосводоканале», как их отцы и матери, в их планы не входит. Но, как правило, курьяновские жители не продают жилье и держатся за него. И на вопрос почему отвечают одной и той же фразой: «Потому что такого уюта в Москве не найдешь».