Как Екатеринодар из лесу вышел, или Забота об экологии по заветам прошлого
И хотя наши предки-переселенцы слова «экология» не знали, сбережением окружающей среды они занимались с первых лет основания Екатеринодара.
Сберечь каждое «родючее дерево»
Город наш зародился в лесу. Свою первые дома жители Екатеринодара стали строить среди дубравы: «на реке Кубани, в Карасунском куте», используя древесину в качестве строительного материала. При этом они прекрасно осознавали важность защиты зеленых насаждений. И уже в марте 1794 года был издан Указ Войскового правительства о запрещении рубки леса, «кроме самонужнейших хозяйственных необходимостей». Отмечалось, что многие леса над Кубанью уже «с пня вырублены и опустошены» и без принятия охранных мер «на будущее время их вовсе не останется».
Кошевой атаман Захарий Чепега и его сподвижники весьма беспокоились о сохранности каждого «родючего дерева», оберегая их от вырубки и пожаров к общевойсковой пользе. Примерно так было написано в первом законодательном казачьем документе — «Порядке общей пользы» — уже в январе 1794 года. Хотя, что скрывать, постепенно лес вырубали. Этого требовали не только житейские потребности, но и военные. В 20-е годы позапрошлого века походный атаман генерал Власов приказал выжечь левобережные леса, где устраивали засады враждебные соседи-горцы.
— В первые годы основания города-крепости озеленением никто не занимался. Сверхзадача была одна — выжить, обосноваться и охранять новые земли. Первые городские улицы были проложены в смешанном лесу — о чем вообще можно говорить!
— объясняет руководитель Туристско-информационного центра Краснодара Марина Шарапова.
И продолжалось это довольно долго. Идиллическую картину увидел посетивший Екатеринодар в 50-х годах XIX столетия путешественник, некто Н. Филиппов, который писал: «…кварталы между улицами наполнены лесом… который составляют могучие густолиственные дубы… большие деревья белых акаций… и чаще фруктовых деревьев, между которыми нет ни дорожек, ни других признаков сада, но все пространство между ними, как в дремучем лесу, поросло высокой травой и бурьяном. Под сенью дерев местами выступают красивые сельские домики в один этаж… Около дома всегда большой двор с разными службами, пристройками, скирдой сена, а за двором — густой фруктовый сад. Местами такой лес занимает весь квартал».
И кипарис, и олеандр
— Однако постепенно появилась мысль о том, что хорошо бы организовать какие-то места для отдыха и развлечений,
— продолжает Марина Шарапова.
И первым таким заведением стал Войсковой сад.
Сад с питомником был заложен в октябре 1848 года. На должность войскового садовника пригласили специалиста из Крыма Якова Бикельмейера. Весной 1849-го из Никитского ботанического сада (Ялта) поступила первая партия семян лавра, пирамидального кипариса, платана, олеандра (экзотика была в моде) и других плодовых и декоративных растений. Из крымских садов графа Воронцова доставят до 100 тыс. лоз винограда: рислинга, белого муската, бордо красного, траминера. Войсковой сад организовал бесплатную раздачу жителям саженцев и черенков.
В 1851 году было составлено военно-статистическое описание Черноморского казачьего войска, в котором отмечалось, что, помимо Войскового сада, в Екатеринодаре разбиты сады почти при каждом доме, в них произрастают «яблоня, бергамота, галва, груши, кислицы, сливы разных сортов, вишня, персики, абрикосы, черешня, шелковицы, кизил, барбарис, крыжовник, смородина, терновник, орехи» .
— Причем фруктовые деревья не разрешалось вырубать — на тех, кто это делал, накладывали серьезный штраф. Когда в 1867-м Екатеринодар получил статус гражданского города, ситуация стала меняться. Появляются двухэтажные особняки, при этом богатые люди, купечество в основном, стремились обустроить и пространство вокруг своего дома. Город стал гражданским — народ сюда поехал со всей России. Появилась возможность для развития торговли, и купцы для того, чтобы их все узнали, стали возводить особняки — каждый из которых являлся своего рода визитной карточкой. Построив несколько особняков, купец хотел показать: я — солидный человек, со мной можно иметь дело, сотрудничать. Отстраивая свои дома, они подумывали о том, что хорошо бы гостей как-то развлекать, проводя время на свежем воздухе — город-то южный, жаркий. И при этих особняках вырастают небольшие сады, в которых нужно высадить как можно больше различных деревьев, чтобы они создавали тень. Дома старались строить не выше двух этажей — тогда тень от деревьев закрывала строения, сохраняя прохладу,
— продолжает Марина Шарапова.
Известны предписания и циркуляры наказного атамана Кубанского казачьего войска графа Сумарокова-Эльстона, в которых указывалось «о воспрещении жителям кубанских станиц производить рубку фруктовых деревьев и истребление лесов», а также о порядке посадок и сбережения деревьев над дорогой по Ростовскому тракту (об этом в одном из своих очерков писал выдающийся кубанский краевед Виталий Бардадым).
Лишь два апостола осталось…
Особое внимание войсковое начальство уделяло сохранению заповедного леса Круглик и рощи Дубинка. И когда город обрел новый статус, Круглик остался достоянием ККВ, а Дубинку, переданную в ведение городского самоуправления, начали постепенно изводить. Екатеринодар, некогда расположенный в первобытном лесу, оказался без вековых лесных угодий. Только в Городском саду вплоть до начала XX века бережно сохранялись 13 мощных 300-летних дубов, их любовно называли «Христос и 12 апостолов». Ныне из этих почтенных старцев осталось лишь два дерева…
Важным событием в жизни Екатеринодара стала организация городской рощи по инициативе тогдашнего городского головы Гавриила Чистякова. По свидетельству современников, это был небольшой лесок из нескольких пород деревьев, среди них полквартала сосен с толстым слоем осыпавшейся хвои, которая издавала приятный освежающий аромат.
Волк, клубок змей и дикий кабан
Однако дикие звери нет-нет да и забегали в город, выросший в лесной дубраве. Газета «Кубанские областные ведомости» писала в январе 1902 года, что около землянки в южной части Городского сада сторож учительской семинарии убил волка. При корчевке старых деревьев в том же саду были обнаружены целые гнезда ядовитых змей. Летом 1904-го на улице Пластуновской (ныне Янковского) жители с криками: «Перемай, перемай!» ловили — и поймали-таки! — лисицу. А в 1913 году в Войсковой сельскохозяйственной школе, расположенной в лесу Круглик, устроили облаву на дикого кабана, совершавшего разбойничьи набеги на огороды, виноградники и сады.
Десятки тысяч деревьев и кустарников
Традиция озеленения в краевом центре продолжилась и после Октябрьской революции. В мае 1928 года начались работы по планировке большого городского парка на Карасуне — в тех местах, где его засыпали. По проекту этот парк должен был занимать территорию в 25-30 га и включать два пруда, разделенных Дмитриевской дамбой.
В марте 1932 года Краснодарский горсовет принимает постановление об охране Городского сада, скверов, бульваров, Первомайской рощи и прочих зеленых насаждений. Вот тогда в нашем городе и появились таблички «По газонам не ходить!». Этот документ строго запрещал: ходить, сидеть и лежать на траве и газонах; ломать деревья, сучья, рвать цветы и косить траву; ездить по дорожкам для пешеходов на велосипедах, мотоциклетах и верхом; пасти скот и выкорчевывать без разрешения садово-паркового объединения деревья. Виновных штрафовали или сажали на 15 суток.
А в декабре 1933-го это же садово-парковое объединение высаживает в городе катальпы, каштаны, липы — всего 1600 деревьев, некоторые из них по сей день украшают улицы Краснодара.
Серьезные подвижки в зеленом хозяйстве произошли за три предвоенных года: после того как в 1937-м Краснодар получил статус краевого центра. Весной 1941 года было высажено 234 тыс. кустарников, 23 тыс. саженцев деревьев, полностью завершилось озеленение улиц им. Карла Либкнехта (ныне Ставропольской), Северной, Кузнечной.
В 1943-49 годах был период масштабных восстановительных работ. И уже весной и осенью 1944-го на улицах и в скверах, в роще и горпарке было высажено более 43 тыс. деревьев и кустарников. Протяженность зеленых насаждений по улицам города составила 210 км.
Материал подготовила Марина Аванесова