Черная смерть и биоразнообразие: почему заброшенные поля привели к упадку флоры Европы

В марте 2026 года журнал Ecology Letters опубликовал исследование, которое заставляет по-новому взглянуть на знаменитую пандемию XIV века. Оказывается, массовая гибель населения во время Черной смерти не привела к расцвету дикой природы, как часто предполагают сторонники идей полного отказа от человеческого вмешательства. Наоборот — биоразнообразие растений в Европе резко сократилось и оставалось низким почти полтора столетия.

Фото из открытых источников / © GigaChat

Авторы работы — Джонатан Гордон из Йоркского университета и его коллеги — проанализировали 109 пыльцевых записей из озёр и болот по всей Европе. Эти естественные «архивы» позволили реконструировать изменения растительного покрова на протяжении двух тысячелетий нашей эры.

Как росло разнообразие до чумы

С начала нашей эры и примерно до 1300 года биоразнообразие растений в Европе стабильно увеличивалось. Параллельно росло население, расширялось земледелие, появлялись новые поля, пастбища, сады, лесные опушки и мелкие водоёмы. Средневековая система землепользования создавала мозаичный ландшафт: небольшие участки разных типов местообитаний соседствовали друг с другом.

Такая мозаика обеспечивала множество микроклиматических условий — от открытых солнечных полян до затенённых опушек, от влажных низин до сухих склонов. В результате могли сосуществовать виды с совершенно разными экологическими требованиями: светолюбивые травы, теневыносливые лесные растения, влаголюбы и засухоустойчивые виды.

«На протяжении более тысячи лет биоразнообразие растений росло именно благодаря распространению сельского хозяйства и связанным с ним нарушениям ландшафта» — Джонатан Гордон, ведущий автор исследования.

Что произошло после 1347–1353 годов

Пандемия бубонной чумы (Чёрная смерть) унесла от 30 до 50 % населения Европы. Многие регионы опустели: поля не пахали, скот не выпасали, луга не косили, леса не прореживали. Брошенные угодья быстро зарастали кустарником и деревьями.

Результат, зафиксированный в пыльце:

• резкое падение видового разнообразия растений;
• самые сильные потери — в регионах с наибольшим забросом земель;
• спад продолжался примерно 150 лет;
• восстановление началось только с возвращением населения и возобновлением традиционных практик;
• на полный возврат к дочумному уровню ушло около 300 лет.

Почему леса, которые обычно ассоциируются с богатством природы, привели к обеднению флоры? Потому что густой лесной полог вытесняет многие светолюбивые и опушечные виды, которые веками процветали на полях, лугах и лесных полянах. Мозаика местообитаний исчезла — и с ней исчезли условия для десятков и сотен видов.

Региональные различия и доказательства

Потери были неравномерными. Там, где земледелие продолжалось (пусть и в меньшем масштабе), разнообразие снижалось гораздо слабее. Это подтверждает предыдущие работы по пыльцевым спектрам, которые связывали региональные различия именно с разной степенью заброшенности.

Современные параллели и уроки

Исследование ставит под сомнение упрощённую идею «rewilding» — полного отказа от вмешательства человека как универсального способа восстановления биоразнообразия. В ландшафтах, сформированных веками низкоинтенсивного земледелия, многие ценные виды зависят именно от умеренного антропогенного воздействия: выпаса, сенокошения, мелкомасштабной вспашки.

Сегодняшнее интенсивное сельское хозяйство с огромными монокультурными полями, тяжёлой техникой, пестицидами и удобрениями наносит флорe не меньший вред, чем полное забрасывание. Идеальный баланс, судя по историческим данным, — мозаичный ландшафт с сочетанием полей, пастбищ, лесов, прудов и зарослей кустарника.

Примеры таких систем до сих пор существуют: испанские дехесы и португальские монтадо — традиционные агролесные комплексы, где деревья, пастбища и посевы сосуществуют. Они признаны землями высокой природной ценности (High Nature Value Farmland) и активно поддерживаются в рамках европейской экологической политики.

«Полное отсутствие человека далеко не всегда приводит к расцвету биоразнообразия. В Европе многие виды растений исторически зависели от умеренного вмешательства» — из выводов статьи в Ecology Letters (2026).

Выводы

Черная смерть стала уникальным «экспериментом природы»: массовое сокращение населения и последующий заброс земель не обогатили флору, а, напротив, привели к её обеднению. Это напоминает нам, что в культурных ландшафтах Европы биоразнообразие часто поддерживалось не отсутствием человека, а разумным, мозаичным землепользованием.

Для современной охраны природы вывод прост: вместо крайностей («всё бросить» или «всё распахать») нужен баланс. Только так можно сохранить богатство видов, которое складывалось веками совместного существования человека и природы.

Источники и ссылки

Оригинальный источник: Gordon, J. D. et al. Black Death Land Abandonment Drove European Diversity Losses. Ecology Letters, 2026. DOI: 10.1111/ele.70325 (опубликовано 4 марта 2026 г.)

Оригинальная новостная заметка (рус.): planet-today.ru, 15 марта 2026 г.

Дисклеймер: Статья основана на рецензируемом научном исследовании в журнале с высоким импакт-фактором. Однако любые реконструкции прошлого по косвенным данным (пыльца) имеют определённую степень неопределённости. Выводы авторов — это научная интерпретация, а не абсолютная истина. Читатель вправе самостоятельно оценивать аргументы и искать дополнительные источники.