«Работа идёт днём и ночью»: как национальные парки и заповедники Центральной России переживают пожары

Лесные пожары, бушующие в Центральной России, распространились на заповедники и особо охраняемые зоны. Сотрудники национальных парков Рязанской и соседних областей рассказали RT, как пожары влияют на работу заповедников и какие меры нужно предпринять, чтобы остановить стихию.

Аномальная жара и сильный ветер стали причиной возникновения и быстрого распространения природных пожаров в ряде регионов Центральной России. Президент РФ Владимир Путин 24 августа назвал сложившуюся ситуацию «сложной» и «вызывающей беспокойство». Пожары возникли не только в Рязанской области, но и в Нижегородской и республике Марий-Эл. А дым от возгораний доходил в том числе до Москвы, Московской и Владимирской областей.

«Отмечу, что в Рязанской области горят не только земли лесного фонда, ответственность за которые лежит на субъекте Федерации, пожары распространились на две особо охраняемые природные территории — заповедники Окский и Мещёрский, на два заповедника», — добавил он на совещании по вопросу о ликвидации природных пожаров на территории отдельных субъектов Российской Федерации.

Как сообщил RT заместитель директора Окского заповедника Алексей Панков, площадь возгорания на территории составляла более 500 га.

Проблема в том, что специалистам надо не только тушить текущий пожар, но и окарауливать предыдущие очаги возгорания, начавшегося ещё в начале августа.

«Действующий пожар фактически начался 6 августа. Он зашёл к нам на территорию, потом начались дожди, и его удалось локализовать: мы опахали территорию и удерживали огонь. Но на соседней территории, в Кудомском лесничестве, как только кончились дожди, пожар начал бушевать с новой силой, и положил начало тому масштабному пожару, которое идёт сейчас. 14-15 августа был сильный ветер, превративший пожар в верховой, а это значит, что скорость распространения огня выше, тушить его сложнее — только самолётами, и он гораздо опаснее, чем низовой», — пояснил Алексей Панков.

По его характеристике, в части заповедника, охваченной пожаром, находиться опасно. Как рассказал Панков, горит болото, поэтому туда не может подобраться техника, и даже перемещение людей затруднено. Ситуация осложняется тем, что эта же местность горела в 2010 году, поэтому на территории множество старых поваленных деревьев.

«Сейчас масштаб примерно как в 2010, или даже больше, потому что 12 лет назад, как правило, не было верховых пожаров», — говорит замдиректора Окского заповедника.

По словам Панкова, на горевшей в 2010 году и горящей сейчас части «только начинался процесс восстановления, растут маленькие берёзки, метров по пять, тоненькие». Что касается урона фауне, то птицы и крупные животные, как правило, без особых проблем спасаются от огня: «А вот мелкие животные типа ежей, к сожалению, в такой ситуации гибнут, потому что их огонь может совершенно внезапно настигать».

Нужно проделать большую работу

Верховой пожар также перешёл с сопредельной территории на землю национального парка «Мещёрский». Сейчас на ликвидацию возгорания направлены все специалисты парка: по характеристике представителей «Мещёрского», «героическая работа идёт и день, и ночь».

«Пожары, подобные этому, оказывают влияние на биологическое разнообразие территории. Происходит миграция и гибель животных. Сгорают гнёзда птиц. Погибает флора, изменяется состав почвы. Со временем природа восстановится, и даже станет лучше, но на это уйдут годы. Нельзя забывать про людей, живущих в парке, меняется уклад жизни, среда обитания, может пострадать инфраструктура и дома», — добавили представители национального парка в беседе с RT.

В соседних с Рязанской областью регионах были введены особые меры в связи с лесными пожарами. Так, например, во Владимирской области ограничен доступ людей в леса. «Проезд на машинах только по согласованию. Если граждане пытаются прорваться самостоятельно, то это уже грозит административной статьёй», — пояснили RT в единой дирекции особо охраняемых природных территорий Владимирской области.

Вместе с тем собеседник RT отметил, что дирекция занимается охраной 100 объектов по области, тогда как сотрудников всего пятеро: «Закрыть проезд в леса силами пяти человек просто нереально. Поэтому в каждом районе сейчас созданы сводные отряды под руководством местных администраций, туда включаются и наши сотрудники, чтобы мониторить ситуацию с пожарами».

Степень ущерба от лесных пожаров напрямую зависит от типа природной территории, отмечает директор Воронежского государственного природного биосферного заповедника имени В.М. Пескова Анатолий Тарасов. 

«В заказниках и национальных парках ведётся хозяйственная деятельность, территория, как правило, не такая большая. И если, к примеру, дерево упало, то его уберут. А вот заповедники - это огромные площади, сплошная стена леса, где таких высохших, упавших деревьев может быть много. Соответственно, при тушении пожара в заказнике к огню пробраться проще. А чтобы потушить пожар в заповеднике, нужно проделать огромную работу, вплоть до спила части леса, чтобы расчистить дорогу технике», — пояснил он RT.

По словам Анатолия Тарасова, 90% причин пожара — это человеческий фактор. При этом 10% причин возгораний он относит к последствиям изменения климата: «Из-за жары часто в последнее время бывают сухие грозы. Молния бьёт в основном в осину, дуб и сосну, а дождя, чтобы потушить загоревшееся дерево, нет. И начинается пожар. У нас сейчас 5 уровень пожароопасности — жара +35 и сильный ветер, из-за которого огонь будет распространяться почти моментально».